?

Log in

Загадочное ночное убийство собаки (Современник, Другая сцена) - Atrapada en azul [entries|archive|friends|userinfo]
Guanaca

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Загадочное ночное убийство собаки (Современник, Другая сцена) [Apr. 29th, 2015|02:42 pm]
Guanaca
[Tags|, , ]

Как я уже писала, театральный сезон 2015 мне довелось открыть очень сильным спектаклем - "О мышах и людях" в постановке театра Longacre. После этого я была уверена, что планка моих ожиданий от театра повысилась настолько, что испытать такие же сильные эмоции, придется еще очень не скоро. К моему великому счастью, я ошиблась. Вчера с легкой руки одной из участниц нашего книжного клуба, мы попали на новый спектакль театра Современник - "Загадочное ночное убийство собаки" (постановка Егора Перегудова). Любой, кто читал книгу М.Хэддона, наверняка будет настроен несколько скептически в отношении спектакля: мир этого произведения особо притягателен из-за незабываемого, уникального голоса его главного героя - 15-летнего подростка-аутиста, Кристофера Буна. Можно ли убедительно перенести этот голос в пространства театра, так чтобы в нем не было ни единой нотки фальши? Ответ: да, можно. В течение почти трех часов зритель полностью погружается во вселенную Кристофера. Благодаря тонкой, глубоко продуманной сценографии и завораживающей игре актеров, мы видим как причудливо преломляется в его мире знакомая нам реальность; как привычные слова и вещи приобретают таинственные очертания и превращаются в загадочные, понятные одному герою, послания. Мы узнаем, кого и на каких условиях готов пустить к себе во внутренний мир этот человек, а кого предпочитает оставить за закрытой дверью. Во втором акте стройная, подчиненная непонятной нам внутренней логике вселенная Кристофера рушится: узнав страшную тайну, он вынужден покинуть привычную зону комфорта и начать учиться играть по правилам большого и чуждого мира. Что-то ему, безусловно, удастся; успех заставит задуматься о новых грандиозных целях. Но вот ведь вопрос: Кристофер, может быть, и готов сесть в поезд и снять деньги с банкомата, окрашенного в ненавистный желтый цвет, но насколько готов большой и чуждый мир, если и не понять, то хотя бы принять необъяснимые, порой довольно жесткие правила Кристофера? Вопрос так и повиснет в воздухе - у взрослых, окружающих главного героя, нет на него ответа, как нет его и у ошеломленного, оглушенного зрителя, который так и продолжает сидеть, пригвожденный к месту, совершенно позабыв, что он в театре, что спектакль кончился, и что в этом месте, вообще-то, полагается хлопать.

linkReply